Разработчик Йелле Аккерман (проект every something) выпустил otophon — инструмент-плагин, который делает внутреннее ухо частью синтеза. Ранее Аккерман делал glosso (хаотичный вокальный синтез) и artikulation (полиритмические огибающие). Теперь — отоакустическая эмиссия: звук рождается не в колонках, а прямо в улитке.
Принцип прост: плагин генерирует два тона со строго рассчитанным сдвигом частот. Когда они достигают уха, улитка начинает «достраивать» собственные комбинационные тона — так называемые тартини-тоны. На практике вы слышите не два, а три и больше звуков, особенно если прикрыть уши ладонями, поворачивать голову и слушать внимательно.
Технически это сделано остроумно. Правый осциллятор — это phase-locked loop, который «борется», отслеживая частоту левого через питч-детекцию, а не через жёсткую MIDI-привязку. Встроенные low-pass gate позволяют дозировать «перцептивную остроту» эффекта — от мягкого свечения до почти болезненной грани.
Управлять можно MIDI-нотами в диапазоне примерно 500–4500 Гц либо дрон-режимом, который запускается вместе с транспортом DAW. Формат — VST3 и AU для macOS и Windows. Цена — 25 евро, есть бесплатный триал.
Откуда это взялось
otophon продолжает линию экспериментальной музыки, работавшей с восприятием: от Мэриэнн Амакер и её альбома Sound Characters (Making The Third Ear) 1999 года до Маркуса Шмиклера и Томаса Анкерсмита. Сама отоакустическая эмиссия — не эзотерика: её измерение давно применяют в медицине для диагностики тиннитуса и потери слуха.
Зачем это продюсеру
По оценке CDM, otophon — первый случай, когда отоакустическую эмиссию превратили в полноценный инструмент, а не в разовую композицию. Для саунд-дизайна и экспериментальной электроники это новый приём: текстуры, которые нельзя получить обычным синтезом, потому что финальный «осциллятор» — ваша собственная улитка.
Эффект раскрывается на громких крупных мониторах, наушники — запасной вариант. И берегите слух: на части настроек звук подходит к болевому порогу.
Источник: CDM Create Digital Music
